Новости

23.10.2019

«Дерзкие девчонки: занимательная история России» (часть 3)

 

Майя Плисецкая

Майя родилась в 1925 году в Москве в незаурядной семье. Её отец был хозяйственным деятелем и пять лет руководил советскими угольными разработками на норвежских островах Шпицберген, а по возвращении на родину возглавил трест «Арктикуголь». Мать Майи была в молодости звездой немого кино и принадлежала к клану Мессереров, игравшему заметную роль в советской культуре. Например, её родная сестра Суламифь не только прославилась в области балета и была солисткой Большого театра, но и стала чемпионкой СССР по плаванию. Майя была старшим ребёнком в семье Плисецких. Своим приобщением к балету она обязана той самой тётушке Суламифь, которая первой оценила незаурядные способности племянницы и устроила её в хореографическое училище. Позднее по стопам старшей сестры пошли оба её родных брата и даже двоюродный брат, они тоже стали знаменитыми артистами балета.

Детство Майи закончилось в одиннадцать лет, когда по ложному политическому обвинению был арестован её отец. Вскоре его расстреляли, а мать Майи попала в заключение с клеймом жены врага народа. Она выжила в сталинских лагерях, но тётя Суламифь официально удочерила Майю, и с тех пор девочка воспитывалась в её семье. С невероятным упорством и трудолюбием Майя продолжала осваивать нелёгкое ремесло балерины, которое требовало полной самоотдачи, даже самоотречения, и строжайшей самодисциплины. За лёгким воздушным танцем, который только и видел зритель, стояли годы тяжелейших репетиций, сопровождавшихся нешуточной болью в сбитых до крови ногах и огромным эмоциональным напряжением. Во время Великой Отечественной войны Майя вместе с приёмной матерью находилась в эвакуации на Урале, в городе Свердловске, где состоялось её первое танцевальное выступление с номером «Умирающий лебедь». В разгар войны она закончила хореографическое училище и была принята в труппу Большого театра, с которым были связаны последующие сорок семь лет её жизни.

Уже через год, в девятнадцать лет, Майя Плисецкая исполнила свою первую сольную партию в балете Чайковского «Щелкунчик», с которой началась её феноменальная по длительности и успешности балетная карьера. А ещё через три года она впервые станцевала обе заглавные роли в балете Чайковского «Лебединое озеро». Плисецкая называла его «балет моей жизни», она танцевала своих лебедей на протяжении тридцати лет во многих странах мира, превратив «Лебединое озеро» в визитную карточку советского балета, да и сама превратилась в балетный символ страны. В этих ролях она осталась непревзойдённой. За долгие годы, проведённые на сцене, Майя Плисецкая солировала в лучших спектаклях самых знаменитых иностранных, русских и советских композиторов. В её творческой жизни были балеты на музыку Баха и Шопена, Равеля и Малера, «Жизель» Адана, «Фауст» Гуно, «Спящая красавица» Чайковского, «Руслан и Людмила» Глинки, «Хованщина» Мусоргского, «Раймонда» Глазунова, «Золушка» Прокофьева, «Бахчисарайский фонтан» Астафьева, «Спартак» Хачатуряна, «Жар-Птица» Стравинского и многие другие работы.

В 1958 году Майя Плисецкая вышла замуж за композитора Родиона Щедрина. Этот творческий дуэт во многом обогатил её творчество и расширил его горизонты. Особое место в творческой судьбе балерины заняла «Кармен-сюита», поставленная по её инициативе кубинским режиссёром по мотивам знаменитой оперы Бизе при участии её братьев и Щедрина. Примечательным фактом в биографии Майи Плисецкой стало её согласие подписать письмо двадцати пяти деятелей советской науки, литературы и искусства, направленное в 1966 году руководителю коммунистической партии Леониду Брежневу. Авторы письма выступили против оправдания Сталина, на котором, по их справедливому мнению, лежала ответственность «за гибель бесчисленных невинных людей, за нашу неподготовленность к войне». Знаменитая балерина была единственной женщиной, подписавшей это послание, а в советское время такой шаг требовал немалого мужества.

Майя Плисецкая пробовала свои силы в постановке балетов, снималась в музыкальных фильмах и в одном из первых советских телефильмов. В последние годы существования Советского Союза она проводила много времени в Европе, была художественным руководителем Римского театра оперы и балета, а затем Испанского национального балета, где ставила спектакли, в которых некогда блистала сама. В то же время нарастал конфликт балерины почтенного возраста с руководством Большого театра, завершившийся её увольнением. В том же году Родион Щедрин сложил с себя полномочия председателя правления Союза композиторов России, которыми он был облечён на протяжении почти двадцати лет. Уйдя из театра, Майя Плисецкая не оставила сцену, она продолжала участвовать в концертах, давала мастер-классы, передавала свой опыт молодым исполнителям. После распада СССР супруги получили литовское гражданство и даже приобрели дом в живописной местности неподалёку от замка Тракай. Однако жить они предпочитали в Германии, в городе Мюнхене, где одна из величайших балерин XX века и закончила свой земной путь на девяностом году жизни.

 

 

Даша Севастопольская

Даша родилась в первой половине XIX века в семье матроса Черноморского флота Лаврентия Михайлова. Мама девочки умерла, когда та была совсем маленькой. А в семнадцать лет она лишилась и отца, который её растил. Он погиб в знаменитом Синопском сражении, где русская эскадра разгромила турецкий флот. Оставшись сиротой, Даша зарабатывала на жизнь стиркой и починкой одежды для моряков.

Вслед за Турцией в войну против России вступили Великобритания и Франция. Так началась Крымская война, названная так потому, что основные боевые действия происходили в Крыму. Когда англо-французские войска высадились на полуострове, русская армия выдвинулась навстречу им, чтобы не допустить врага до Севастополя. Вслед за армией, продав свой дом и оставшиеся от отца пожитки, отправилась и восемнадцатилетняя Даша. На вырученные деньги девушка купила лошадь, повозку, полотно для перевязок и другие припасы для ухода за ранеными. Своё боевое крещение она получила в сражении на реке Альма, в котором русская армия потерпела поражение.

Даша вернулась в Севастополь и посвятила себя помощи раненым защитникам города. Во время обороны Севастополя она не покидала боевые позиции, постоянно подвергаясь смертельной опасности. Даша доставляла на позиции воду, дни и ночи проводила на перевязочных пунктах, вывозила раненых в безопасное место. Она стала живой легендой и под именем Даши Севастопольской навсегда вошла в историю. Конечно же, помощь раненым оказывали и многие другие женщины города, имена их сохранились в летописях обороны, но Даша была первой и наиболее известной из них. Самой первой, уже через полтора месяца после начала осады, она получила награду, которой не удостаивалась ещё ни одна женщина, — золотую медаль «За усердие» на ленте ордена св. Владимира. Приказ о её награждении во исполнение воли императора был объявлен всему гарнизону. Сверх того, ей было даровано пятьсот рублей серебром и обещано, что Николай I «по выходу её в замужество пожалует ещё 1000 рублей серебром на обзаведение».

После начала Крымской войны в Петербурге по инициативе великой княгини Елены Павловны была учреждена община сестёр милосердия. Десятки сестёр и несколько врачей под руководством знаменитого хирурга Николая Пирогова отправились на театр военных действий. В своём докладе об их деятельности Пирогов писал: «Доказано уже опытом, что никто лучше женщин не может сочувствовать страданиям больного и окружить его попечениями, не известными и, так сказать, не свойственными мужчинам». Сейчас никто не может сказать, сколько жизней сберегли Даша и другие севастопольские героини, бесспорно одно — таких жизней было немало. Женщины спасали раненых непосредственно на передовых позициях, под огнём противника. Они оказывали им первую, самую неотложную помощь, когда каждая минута промедления могла стоить раненому солдату жизни.

Значение подвига Даши и других медсестёр можно оценить, если знать, что менее чем за год обороны Севастополя русские войска потеряли больше 58 тысяч ранеными и 15 тысяч контуженными. Много раненых погибало из-за плохой организации медицинской службы в войсках. В докладе следственной комиссии по госпитальному делу, созданной после Крымской войны, говорилось: «Дурные дороги и неудобные подводы, недостаток медиков и фельдшеров, перевязочных материалов, медикаментов и хирургических инструментов, наконец, тёплой одежды и пищеварительных котлов производили разрушительное влияние на здоровье страждущих, в особенности при перевозке их в глубокую осень и зиму. Бывали даже случаи, что десятая часть перевозимых умирала в пути, делаясь жертвою страшных лишений и беспорядков, что следует отнести отчасти и к небрежению военного начальства о сбережении здоровья нижних чинов».

Интересно, что в годы Крымской войны заслуженную славу обрела и другая сестра милосердия — англичанка Флоренс Найтингел, но действовала она совершенно иначе. Заручившись правительственной поддержкой, Флоренс собрала целый отряд помощниц и во главе них отправилась в Турцию, в госпиталь для раненых англичан, вывезенных из Крыма. Главной её заслугой стало многократное снижение смертности среди раненых. Она прибыла в Балаклаву, где располагался базовый лагерь англичан, и наладила работу устроенного там походного госпиталя. На родину она вернулась в ореоле национальной героини и направила свою энергию на реорганизацию медицинской службы всей британской армии. Флоренс Найтингел поставила деятельность сестёр милосердия на профессиональную основу. Её заслуги были признаны во всём мире. Медаль её имени считается самой почётной наградой для медсестёр, а в день её рождения отмечается Международный день медицинской сестры.

Совсем по-другому сложилась судьба русской героини. Ещё до окончания войны Даша Севастопольская вышла замуж за простого матроса, получила обещанное императором приданое и купила трактир неподалёку от Севастополя. Дело не пошло, и Даша вместе с мужем переехала в Николаев. Её семейная жизнь не задалась, она вернулась в Севастополь одна, провела остаток жизни на родной Корабельной стороне и скончалась в 1892 году в полной безвестности. Только много лет спустя, уже в советское время, историки разыскали в военно-историческом архиве дело «О представлении к награде девицы Дарьи за оказываемое ею примерное старание в ухаживании за больными и ранеными в Севастополе» и установили полное имя героини — Дарья Лаврентьевна Михайлова.

 

 

Марина Цветаева

В конце XIX века в семье известного филолога и искусствоведа Ивана Цветаева и талантливой пианистки Марии Мейн родилась дочь Марина. А через два года появилась на свет её сестра — Анастасия. Обеим девочкам суждено было стать русскими писательницами, да и как могло сложиться по-другому при таких родителях. Подросшая Марина Цветаева вспоминала о своей матери: «Упоение музыкой, громадный талант (такой игры на рояле и гитаре, вероятно, я уже не услышу!), способность к языкам, блестящая память, великолепный слог, стихи на русском и немецком языках, занятия живописью». А отец девочек был профессором Московского университета, а потом стал директором крупнейшего общедоступного Румянцевского музея, был избран членом-корреспондентом Петербургской академии наук и увенчал свою карьеру созданием Музея изящных искусств, сейчас всемирно известного Государственного музея им. Пушкина.

Ещё в шесть лет Марина пробовала писать стихи на трёх языках — русском, немецком и французском. В семь лет она поступила в музыкальное училище по классу фортепиано. В десять уехала с заболевшей мамой в Европу, где вместе с сестрой провела год во французском пансионе, а затем год в немецком. Вернувшись на родину, семья Цветаевых пожила немного в Крыму, а затем поселилась в маленьком городке Таруса, который благодаря близости к столице превращался на лето в один из центров культурной жизни России. Там год спустя и умерла Мария Мейн, а девочки переехали в Москву, но каждое лето выезжали в Тарусу и считали проведённые там месяцы лучшими в своём детстве. В столице Марина поступила в женскую гимназию, но была исключена за дерзкое поведение и смогла окончить обучение только с третьей попытки. Свои последние каникулы она провела в Париже, где изучала старофранцузскую литературу.

Сразу после окончания гимназии Марина Цветаева опубликовала первый сборник своих стихов, который удостоился похвал со стороны самых прославленных поэтов того времени. На следующий год один из них, Максимилиан Волошин, пригласил восемнадцатилетнюю поэтессу в своё крымское имение в Коктебеле, куда съезжались на лето многие литературные знаменитости. Там она познакомилась с семнадцатилетним студентом Московского университета Сергеем Эфроном, год спустя вышла за него замуж и вскоре родила дочь Ариадну. В первые годы замужества Марина издала ещё два сборника стихов, которые закрепили её поэтическую славу.

В Гражданскую войну Сергей Эфрон сражался с большевиками в составе белой армии, а после поражения той уехал за границу. На протяжении нескольких лет Марина Цветаева ничего не знала о судьбе мужа. Их вторая дочь в три года умерла в детском приюте. Несмотря ни на что, всё это время поэтесса продолжала писать стихи. В первые годы советской власти из печати вышло ещё несколько сборников, восторженно принятых читателями. Стихи Марины Цветаевой точно отражали её характер — независимый, порывистый, резкий, даже жёсткий. Она была полностью погружена в мир поэтических образов и людей тоже воспринимала через них. Поэтому и общение с писательницей было нелёгким делом. Чувствуя это, она писала: «Дружить со мной нельзя, любить меня — не можно!»

Только после окончания Гражданской войны Марина Цветаева узнала, что её муж жив, и вместе с дочерью покинула Советскую Россию. Три года воссоединившаяся семья жила в Чехословакии, а после рождения сына Георгия переехала в Париж. Там поэзия Цветаевой не получила признания, и Марине пришлось переключиться на прозу, однако литературных заработков не хватало на содержание семьи. «Никто не может вообразить бедности, в которой мы живём, — писала она. — Мой единственный доход — от того, что я пишу. Мой муж болен и не может работать. Моя дочь зарабатывает гроши, вышивая шляпки. У меня есть сын, ему восемь лет. Мы вчетвером живём на эти деньги. Другими словами, мы медленно умираем от голода».

За годы эмиграции отношение Сергея Эфрона к покинутой родине изменилось, и он даже начал сотрудничать с советской разведкой. Цветаева же считала, что прежней России больше не существует: «Той России — нету/Как и той меня», — писала она. Дочь Ариадна поддерживала отца и первой уехала в СССР, за ней последовал и Сергей. Вслед за семьёй отправилась и Цветаева. Решение оказалось роковым. Дочь и муж поэтессы были арестованы вскоре после возвращения, сестра находилась в заключении. После начала Великой Отечественной войны Марина Цветаева уехала в эвакуацию, где покончила жизнь самоубийством. «Пора гасить фонарь», — написала она в одном из последних стихотворений.

 

 

Мария Фёдоровна

 София-Доротея, а именно так назвали будущую российскую императрицу, родилась в середине XVIII века в Пруссии. Её отец принадлежал к династии герцогов, но мог получить престол только в конце жизни, и девочку воспитывали в добрых традициях того времени. В свою тетрадь подрастающая София-Доротея записала чью-то мысль: «Нехорошо, по многим причинам, чтобы женщина приобретала слишком обширные познания. Воспитывать в добрых нравах детей, вести хозяйство, иметь наблюдение за прислугой, блюсти в расходах бережливость — вот в чём должно состоять её учение и философия».

Девушке было семнадцать лет, когда Екатерина II начала искать новую жену своему вдовствующему сыну в тех местах, откуда была сама родом. Так юная София-Доротея попала в нашу страну, где её нарекли Марией Фёдоровной и выдали замуж. Великий князь Павел Петрович подготовил для невесты подробное «наставление» по поводу того, как надлежало вести себя его супруге. «Я не буду говорить ни о любви, ни о привязанности, — писал он, — но, что касается моей дружбы и доверия… то я не сомневаюсь, что принцесса пожелает снискать их своим поведением».

Мария Фёдоровна следовала указаниям мужа со спокойной душой, ведь и она воспитывалась в подобных представлениях о браке и до восшествия Павла на престол вела скромную семейную жизнь. В первый же год она родила первенца, а потом ещё девять детей. Старших сыновей Екатерина забрала у родителей и сама занималась их воспитанием. Двое сыновей Марии Фёдоровны — Александр I и Николай I — впоследствии взошли на российский престол.

Однако после прихода мужа к власти молодая императрица смогла реализовать своё истинное призвание. И, когда Павел повелел супруге «начальствовать над воспитательным обществом благородных девиц», Мария не просто поучаствовала в деятельности Общества, а поставила её на прочную основу. При ней было построено монументальное здание Смольного института, названного так в честь собора по соседству. Сейчас там находится администрация Санкт-Петербурга.

Кроме этого, Павел I поручил своей деятельной жене «начальство над воспитательными домами», которые в те времена существовали в Москве и Санкт-Петербурге для содержания незаконнорождённых, сирот и детей бедняков. Главной проблемой этих учреждений было огромное количество смертей воспитанников, ведь персонал просто не справлялся с наплывом брошенных детей. Мария Фёдоровна распорядилась ограничить число воспитанников, а остальных младенцев отдавать в «казённые государевы деревни благонадёжным и доброго поведения крестьянам на воспитание». Для петербургского воспитательного дома был приобретён дворец графа Разумовского на Мойке, в нём теперь располагается ректорат педагогического университета. Там же по желанию императрицы и на её деньги был открыт первый в России класс для глухонемых детей. Позже его преобразовали в специальное училище, для которого купили отдельное здание, также ставшее частью педагогического университета.

Но это ещё не всё. Одна из старейших и крупнейших больниц Петербурга — Мариинская — была основана Марией Фёдоровной для бедных людей и стала её подарком городу по случаю его столетия. Невозможно перечислить все учебные, воспитательные и благотворительные учреждения, деятельностью которых руководила императрица. По сути, Мария Фёдоровна создала в России целую систему общественного призрения, которая продолжала успешно действовать вплоть до революции 1917 года. В память об основательнице отделение императорской канцелярии, возглавлявшее эту систему, получило название «Ведомство учреждений императрицы Марии».

Другим напоминанием о делах Марии Фёдоровны остаётся город Павловск. Земли его Екатерина II подарила сыну по случаю рождения его первенца. Благодаря трудам Марии спустя всего несколько лет в имении появился дворец — она сама занималась там всем, начиная от обоев и заканчивая устройством обширного парка в английском стиле. Она любила и обустраивала эти места всю жизнь: и когда Павел стал императором и преобразовал село в город Павловск, и после его смерти, проводя там каждое лето. Пережила Мария Фёдоровна и смерть половины своих детей. Первой умерла малолетняя Ольга, потом одна за другой скончались на чужбине выданные замуж Александра, Елена и Екатерина. Замыкал этот скорбный список император Александр I. Но до конца своей жизни не переставала Мария Фёдоровна заниматься добрыми делами. Описание распорядка её дня можно найти в воспоминаниях пажа: «Павловск был постоянным летним пребыванием Императрицы, но каждую неделю она приезжала в Петербург: посещала женские заведения, которые находились под её начальством, обедала в Таврическом дворце и после обеда возвращалась в Павловск». Но и там Мария Фёдоровна «не оставляла трудов на пользу основанных и пересозданных ею воспитательных и благотворительных заведений. В шесть часов утра она уже сидела в своём кабинете, занимаясь делами».

 

 

Валентина Терешкова

В деревне под Ярославлем в семье тракториста родилась девочка Валя. Через два года её отец был призван в армию и погиб во время советско-финской войны. Мать девочки работала на текстильной фабрике. После окончания семи классов Валентина пошла работать на шинный завод, а для продолжения образования поступила в вечернюю школу рабочей молодёжи. После она перешла на Ярославский комбинат технических тканей и поступила в заочный техникум лёгкой промышленности. В это время решительная Валя всерьёз увлеклась парашютным спортом. Она получила специальность техника-технолога, но работе по профессии предпочла карьеру в комсомоле. На протяжении двух лет Терешкова возглавляла организацию коммунистической молодёжи на своём комбинате.

Начало 1960-х годов ознаменовалось первыми полётами советских космонавтов за пределы земной атмосферы. Тогда же появилась идея отправить в космос женщину. Поиск претенденток осуществлялся по следующим параметрам: парашютистка, возраст до 30 лет, рост до 170 см, вес до 70 кг. Из сотен кандидатур были выбраны пятеро, в том числе Валентина Терешкова. Молодая женщина была зачислена в отряд космонавтов. Обязательным условием принятия в отряд было вступление в коммунистическую партию и зачисление на военную службу. В конце года все получили первые офицерские звания. Учёба в центре подготовки космонавтов была непростой. Кроме изучения теории и укрепления физической формы, девушки проходили специальные испытания на устойчивость организма к условиям космического полёта. Например, тренировки проходили в термокамере, почти бане, температура внутри которой достигала +70 градусов, или в сурдокамере, в помещении, где не слышно ни звука, в котором каждая кандидатка должна была провести десять суток. А во время тренировок в состоянии невесомости надо было писать, пробовать есть, вести радиосвязь.

По некоторым результатам Терешкова уступала другим кандидаткам, но в её пользу были определённые пункты её биографии. Ведь она происходила из рабочей семьи, сама начинала трудовую карьеру на производстве и была дочерью солдата, погибшего на фронте. Пригодился ей и недавний комсомольский опыт, поскольку важным критерием выбора претендентки на роль первой женщины-космонавта было умение вести активную общественную деятельность, демонстрируя преимущества советского строя и, как писал руководитель центра подготовки космонавтов, «прославляя нашу партию, идеи Ленина, коммунизм и привлекая на нашу сторону миллионные массы людей, и особенно женщин».

Старт космического корабля «Восток-6», на котором Валентина Терешкова отправилась покорять космос, состоялся 16 июня 1963 года. Полёт продолжался трое суток. Валентина выходила на связь под позывным «Чайка», под этим именем она и вошла в историю космонавтики. Согласно медицинскому заключению, она «перенесла полёт в основном удовлетворительно. Переговоры с наземными станциями связи велись вяло. Она резко ограничивала свои движения. Сидела почти неподвижно. У неё явно отмечались сдвиги в состоянии здоровья». Несмотря на физическое недомогание, космонавтка выдержала 48 оборотов вокруг Земли, аккуратно вела бортовой журнал и выполняла другие полётные задания. До сих пор Валентина Терешкова остаётся единственной женщиной, совершившей космический полёт в одиночку.

После полёта Терешкова была назначена на должность инструктора-космонавта и на протяжении многих лет занималась подготовкой новых покорителей космоса. Она вышла замуж за космонавта № 3 Андрияна Николаева, родила дочь. Валентина окончила Военно-воздушную инженерную академию, позднее стала кандидатом технических наук и профессором. 22 января 1969 года Терешкова вместе с другими космонавтами попала под обстрел возле Кремля. В результате нападения погиб водитель автомобиля, а двое космонавтов получили незначительные царапины. Советская пропаганда представила это дело как покушение именно на космонавтов, на самом же деле стрелявший офицер Советской Армии Виктор Ильин хотел посягнуть на жизнь руководителя коммунистической партии Леонида Брежнева, но перепутал автомобили.  

На протяжении многих десятилетий Валентина Терешкова активно занималась самой разнообразной общественной работой и превратилась в самую узнаваемую женщину-общественницу Советского Союза. До перестройки она была депутатом Верховного Совета СССР и членом Центрального комитета коммунистической партии, почти двадцать лет возглавляла Комитет советских женщин. В 1995 году Терешкова получила звание генерал-майора, став первой в России женщиной, достигшей генеральского звания. Два года спустя она вышла в отставку в связи с достижением предельного возраста. Терешкова не сразу нашла себе место в новой партийно-политической системе, которая сложилась в современной России. Но в результате она вернулась к общественной деятельности в рядах партии «Единая Россия». В течение всей своей жизни Терешкова уделяла особое внимание родному Ярославлю, делая для своего города очень многое, и была награждена медалью «За труды во благо земли Ярославской».

 

 


Комментарии: 0

Пока нет комментариев


Оставить комментарий






Все поля обязательны к заполнению.

Перед публикацией комментарии проходят модерацию.