Когда я читала книгу Н. Козлова, меня не раз посещало ощущение, что он писал ее и представлял, как вот такие академические, «правильные» психологи, как я, будут ее критиковать и кривиться, а хорошие, простые, славные люди — радоваться и заглатывать строчку за строчкой.

Что ж, если я не ошибаюсь в своих предположениях, автор весьма прозорлив. Лично я собираюсь книгу критиковать. И делать это жестко. Потому что слова, написанные автором в предисловии, — правда. Действительно, «Фрейд, Берн и Козлов» — таков перечень самых известных психологов наших дней, воспроизводимый из года в год абитуриентами психологических вузов. Н. Козлов — яркая, сильная личность, умеющая воздействовать и в контакте, и через свои необычные, привлекательные по стилю и форме изложения книги. И он достоин сильных слов. Кто-то, наверное, скажет положительные. Я скажу отрицательные.

Я не знаю, какую цель преследует автор, повергая в прах и пыль лучшие образцы современной психологии, прежде всего — гуманистической, но выглядит это нелепо. Похоже на «последовательную и научно обоснованную» критику буржуазных воззрений с позиций марксизма-ленинизма. В изложении Козлова чужие взгляды выглядят анекдотически (как вообще такое можно писать!): нравственный, жизнеутверждающий смысл воззрений К. Роджерса, Э. Шострома и других просто выхолощен и утерян.

И вот на таком фоне красивыми, изящно-чеканными формулировками автор начинает излагать собственные взгляды, свою «формулу личности». Контраст в стиле изложения столь велик, что сначала действительно чувствуешь принципиальную разницу. Но стоит освободиться от наваждения... где я все это уже читала? Может быть, в более ранних работах Козлова? Не читала ни одной. Ах, да! У того же Роджерса читала, от своих учителей университетских слышала. И давно это было.

Впрочем, все мои выпады не должны удивить или расстроить автора. Ведь он сам декларирует: я — манипулятор (и это, видимо, звучит гордо). Структура текста, построение фразы, стилистика, лексика, парадоксы — все работает на фигуру героя.

Вот лишь один маленький пример. Фраза, даже вырванная из контекста, бьет не в бровь, а в глаз: «на психотерапевтических тренингах из людей делают профессионально больных». Красиво сказано. Жаль только, что буквально со следующей страницы начинается изложение методических приемов работы Синтона, большая часть которых заимствована из этих самых ««болезнетворных» тренингов!

Правда, отдадим должное автору: все эти хорошо известные упражнения узнаваемы с трудом. На каждое из них «накручивается» множество «фенечек», и многие ходы очень удачны. Но в целом в синтоновских играх есть один общий момент, который вызывает у меня резкий протест: все они очень сильно, утрированно драматизированы.

Вот, к примеру, игра «Вырвись из круга». В исполнении Синтона это игра со смертельным исходом: те, кто пытается вырваться, именуются «камикадзе», а кто не вырвался — погиб. И группа исполняет им похоронный марш (честное слово, так написано!). А «веревочка», через которую нужно перебраться всей группе (упражнение очень сильное и без всякой игровой нагрузки), зачем-то превращается в концлагерь.

Вот с этим я не согласна концептуально и принципиально. Нельзя ни заигрываться, ни переигрывать. В играх и упражнениях человек учится видеть смысл, который он потом переносит в повседневную жизнь. А она, конечно, штука довольно драматичная, но зачем же из нее триллер устраивать?

По ходу изложения автор не раз намекает на то, что его книга как бы не для всех. Для посвященных. Очень на то похоже. Хорошо бы тогда и рассылать ее по тайным спискам и явочным адресам, чтобы не попадала кому не следует.

И, наконец, последнее впечатление.

Книги бывают разные. Одни похожи на воскресную проповедь, другие — на неспешный разговор на парковой скамейке. «Формула личности» — это залитая ярчайшим светом рампы сцена, на которой лишь один человек — автор и исполнитель. Зрителей почти не видно; они — призрачные тени, призванные отражать сверкание героя.

Эта книга не предполагает читателя. Только — почитателя.